КОХНО П.А., КОХНО А.П. НАУЧНАЯ КРЕДИТНО-ДЕНЕЖНАЯ ПОЛИТИКА


КОХНО П.А., КОХНО А.П. НАУЧНАЯ КРЕДИТНО-ДЕНЕЖНАЯ ПОЛИТИКА


Библиографическая ссылка на статью:
// Экономика и менеджмент инновационных технологий. 2013. № 1 [Электронный ресурс]. URL: http://ekonomika.snauka.ru/2013/01/1583 (дата обращения: 29.09.2017).

Кохно П.А. – д.э.н., профессор

Кохно А.П. – к.э.н.

Институт нечётких систем

(pavelkohno@mail.ru)

Экономические аксиомы. В странах СНГ, Таможенного союза и Союзного государства всё больше понимают, что причиной управляемого экономического кризиса является принятая стратегия рыночных реформ, методологической основой которой является неоклассическая экономическая теория /1/. Данная теория представляет идеологию интернациональной олигархии, нацеленную на неоколонизацию всего мира. Разумеется, в условиях рыночного капитализма в ряду экономических условий формирования и осуществления указанной научно-технической и технологической политики ведущая роль принадлежит монетарным факторам. Именно монетарные факторы отрицательно влияют на экономическое (и не только) развитие всех без исключения стран переходной экономики. Интегральный фактор такого воздействия – ошибочная кредитно-денежная политика.

Дж. М. Кейнс в своей книге «Экономические последствия Версальского договора» сказал «нет более точного и верного способа переворота существующих основ общества, нежели подрыв его денежной системы. Этот процесс пробуждает все разрушительные силы, скрытые в экономических законах, а сама болезнь протекает так, что диагноз не может поставить ни один из многих миллионов человек». Имеются все основания полагать, что одной из наиболее важных причин, превращающих теорию и методологию инновационной экономики в обыкновенную риторику (в том числе и на январском 2013 года гайдаровском форуме), является искусственно поддерживаемое отклонение от оптимума параметров монетарной сферы всех без исключения стран СНГ.

Анализируя причины беспрецедентного по масштабам трансформационного кризиса национальных экономик стран СНГ следует утвердительно сказать, что главная причина связана с фундаментальными дефектами функционирования именно монетарной сферы и откровенными провалами в денежно-кредитной политике /2/.

В связи с этим сравним некоторые базовые параметры монетарной сферы разных стран. В числе основных характеристик монетарной сферы, активно влияющих на формирование инновационной экономики, специалисты неизменно называют следующие. Общая обеспеченность национальной экономики денежной массой, которая может быть охарактеризована коэффициентом монетизации экономики Км, исчисляемым в виде отношения денежного агрегата М2 и ВВП. Исключительно высокая значимость данного параметра определяется тем, что деньги – «кровь экономики», и потому для инновационного развития их количество должно быть оптимальным. Конечно, избыток денежной массы вызывает инфляцию, однако, ее недостаток, дефицит угнетает в первую очередь именно инновационные сектора экономики. Последнее следует из того, что в условиях дефицита финансовых средств согласно общеизвестной формуле количественной теории денег функционирование экономики возможно лишь за счет увеличения скорости их обращения. Как известно, наивысшая оборачиваемость финансового капитала, достигающая 5–20 оборотов в год, наблюдается в сфере торговли, услуг, криминала, а наименьшая – 1 оборот за 3–10 лет – в инновационном секторе экономики, связанном с осуществлением долгосрочных научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ (НИОКР) и их внедрением в производство в виде базисных инноваций. Денежная масса в условиях ее дефицита неизбежно «выдавливается» в те сферы национальной экономики, которые характеризуются высокой оборачиваемостью денежных ресурсов, а именно в сферу торговли, услуг, криминала /3/.

Этот негативный процесс серьезно угнетает инновационные сектора экономики, а также стимулирует приток в страну по торговым каналам дешевого иностранного ширпотреба, что дополнительно оказывает давление на отечественное производство. Иными словами, низкий коэффициент монетизации экономики является серьезнейшим препятствием на пути становления инновационной экономики и потому никак не может быть элементом инновационной политики. Анализ значения Км по группам однородных стран показывает, что технологически развитые страны имеют значение Кмоколо 100%, новые индустриальные страны – 100 и более процентов, а успешно развивающиеся новые члены ЕС демонстрируют Км около 50–70%. Страны СНГ имеют Км менее 20%. И в этом случае о какой инновационной экономике может идти речь, то есть в странах СНГ монетарные факторы активно препятствуют формированию инновационной экономики. Во-вторых, как и любой другой дефицит, нехватка денег неизбежно порождает спекуляцию ими, сводящуюся к беспрецедентному росту стоимости кредитных ресурсов и снижению их доступности для реального сектора экономики. Иными словами, банковская система переходной к рынку страны, до предела взвинтив процентные ставки по кредитам, превращается в откровенно спекулятивный (транзакционный) сектор экономики, не стимулирующий, а тормозящий ее развитие.

И действительно, в условиях, когда средний уровень рентабельности предприятий реального сектора экономики в несколько раз ниже банковской процентной ставки, кредиты становятся недоступными для предприятий и инновационного сектора экономики. В итоге, реальный сектор экономики, не имея доступа к финансовым средствам для целей модернизации производства, теряет свою конкурентоспособность и разрушается, а национальные рынки неизбежно заполоняются продукцией западных ТНК, расширяющих свой сбыт и увеличивающих экономическое могущество. Параллельно с этим уничтожение отечественных предприятий высвобождает сырьевые ресурсы для их масштабного экспорта на Запад, что вполне соответствует его целям. И далее массовый вывоз национальных капиталов в США, ведущие страны Европы (Великобритания, Германия, Франция, Италия), в которых по планам национальных олигархов стран СНГ они должны обеспечить себе безбедную старость, а также безоблачное детство своих детей и внуков /4/. Иными словами, создаваемая в реальном секторе стран СНГ добавленная стоимость /5/, целенаправленно трансформируется в прибыль, а затем используется для дорогостоящих приобретений в вышеуказанных странах. Таким образом, реализация монетаристской теории в переходных к рынку странах обеспечивает Западу идеальные условия для захвата их национальных рынков, а также для «выкачивания» из них сырья, капиталов, мозгов /6/.

Не из-за низкой эффективности работы, а по причине элементарной физической нехватки денежной массы банкротятся тысячи рентабельных предприятий, поскольку из-за взаимных неплатежей им нечем платить зарплату, осуществлять платежи за взятые кредиты, потребленные ресурсы, энергию, тепло. Вереница банкротств связана не просто с уничтожением многих предприятий, теоретически способных оказать конкуренцию западным ТНК, но и с очередным полукриминальным переделом собственности. Действительно, предприятие-банкрот стоит в десятки раз дешевле, чем эффективно работающий объект, и потому его можно по дешевке купить, а если надо, то и остановить. Разумеется, покупателями таких «кризисных» объектов опять-таки станут назначенные мировой финансовой олигархией национальные «инвесторы», которые изначально будут запрограммированы на разрушение промышленного потенциала стран-конкурентов, на вывоз сырья, на «выкачку» из страны финансов через зарубежные оффшоры и т. Д /7/. Следовательно, низкий коэффициент монетизации экономики в странах СНГ активно препятствует формированию инновационной экономики, угнетает промышленный сектор экономики и способствует превращению региона в сырьевую провинцию Запада (на сегодня пока исключение составляет Республика Беларусь благодаря народному Президенту А.Г. Лукашенко).

Что касается связанной с монетизацией экономики проблемы высокой инфляции как важнейшего дестабилизирующего любую национальную экономику фактора, то имеются все основания полагать, что в большинстве переходных к рынку стран она давно уже является немонетарной. Очевидно, что в условиях, когда денег в экономике в несколько раз меньше предельно допустимого уровня, вести речь о монетарном характере высокой инфляции попросту безграмотно. В подобных условиях опасность использования классических рецептов борьбы с инфляцией очень часто оборачивается безработицей, разрушением системы расчетов, вырождением денежно-кредитной системы, а сама инфляция вопреки жесткой монетарной политике не исчезает. И вот здесь в действие вступают методы планирования /8/.

Необходимость кредитных ресурсов. Большая значимость данного аспекта функционирования кредитно-денежной системы следует из того, что по причине стремительного удорожания НИОКР базисные инновации являются весьма и весьма капиталоемкими. Зачастую передовые технологии и оборудование стоят на один-два порядка больше, чем те, которыми уже располагает осуществляющий инновации субъект хозяйствования. Следовательно, амортизация, как механизм простого возмещения стоимости изношенного основного капитала, не может служить источником финансирования технико-технологической модернизации производства и потому предприятие вынуждено искать другие источники, в числе которых ведущую роль играет кредит.

Доступность кредитных ресурсов в первую очередь зависит от мощности банковской системы, определяемой совокупной величиной пассивов банковской системы. Считается, что банковская система может эффективно кредитовать инновационный сектор экономики, если ее пассивы соизмеримы или даже превосходят ВВП страны. Анализ опубликованной информации свидетельствует о том, что технологически развитые страны по совокупной величине банковских пассивов удовлетворяют вышеуказанному требованию, в то время как мощность банковских систем переходных к рынку стран в несколько раз меньше необходимой. Указанный недостаток, во многом являющийся следствием низкого коэффициента монетизации экономики, представляет собой серьезнейшее препятствие на пути формирования инновационной экономики во всех странах СНГ.

С другой стороны, доступность кредитных ресурсов для инновационного сектора экономики характеризуется долей долгосрочных кредитов, выданных субъектам хозяйствования – юридическим лицам, осуществляющим инновационную деятельность, в первую очередь, промышленным предприятиям. И действительно, серьезные базисные инновации связаны с осуществлением долгосрочных НИОКР, разработкой проектно-конструкторской и технологической документации, изготовлением опытных образцов, их испытанием и запуском в серийное производство, что нередко занимает от 3 до 5 и более лет /9/.

Неслучайно в технологически развитых державах и догоняющих их странах непременным атрибутом эффективной инновационной политики является неуклонный планомерный (таргетируемый) рост доли долгосрочных кредитов промышленному сектору экономики до уровня 40–50 %. В новых индустриальных странах, например, в Китае, ресурсы банковской системы были за непродолжительное время доведены до значения 140% от ВВП, что дает возможность до 80% всех привлеченных денежных средств предоставлять в виде долгосрочных кредитов под 2–4% годовых. В Японии под инновационные проекты, одобренные специальным комитетом по инновациям и технической модернизации производства, долгое время без ограничений выдавались вообще бесплатные долгосрочные кредиты.

В условиях формирования рыночных отношений и острого дефицита бюджетных средств именно банковский кредит мог бы сыграть ключевую роль в качестве источника ресурсов для технико-технологического перевооружения и модернизации производства через обновление его основного капитала. Однако, удельный вес кредитных ресурсов в общем объеме инвестиций в основной капитал весьма невелик и в 2012 г. составил в странах Таможенного союза около 14-16%, в то время как в технологически развитых странах это значение, как правило, в 3–4 раза выше. Следовательно, кредитная система стран Таможенного союза содержит в себе существенный потенциал стимулирования инновационных секторов экономик своих стран и соответствующая кредитная политика по примеру развитых и догоняющих их стран призвана стать условием и фактором реализации научно-технологического прорыва в Таможенном союзе.

Опережающее финансирование НИОКР. В условиях беспрецедентного обострения международной конкуренции за рынки сбыта и доступ к быстро истощающимся запасам природных ресурсов государства, желающие сохранить свой экономический суверенитет и элементарно остаться на политической карте мира, сегодня вынуждены придавать исключительное внимание ускоренному развитию своей научно-технологической сферы. В противоположность базовым положениям либерально-рыночной доктрины, разработанной в «митрополиях» для активно колонизируемых стран «второго» и «третьего» миров, в ведущих державах с развитой рыночной экономикой отчетливо осознают, что наиболее важный фактор борьбы за рынки высокотехнологичной и наукоемкой продукции – продуманная государственная научно-техническая и инновационная политика, предусматривающая опережающее финансирование научно-инновационной сферы /10/.

Осознание исключительной значимости указанного условия наглядно демонстрируют страны мировой экономической элиты, руководители которых понимают, что нынешнее столетие – это век науки, высоких технологий и беспрецедентно жесткой конкуренции, и потому прилагают максимум усилий к укреплению национального научно-технического и инновационного потенциала. Эти усилия проявляются, например, в стремлении обеспечить наукоемкость ВВП на уровне 3-4%.

Что касается структуры совокупных расходов на исследования и разработки, то в большинстве стран (Южная Корея, Япония, Франция, Великобритания и др.) за последние 10 лет произошло некоторое (на 1–2%) увеличение доли государства в этих затратах, в отдельных же государствах (Швеция и др.) на аналогичную величину возросла доля отечественного предпринимательского сектора. И только в США доля государства сократилась весьма значительно (почти в 2 раза), причем резкое снижение «госзаказа» компенсировалось притоком иностранных инвестиций в научно-инновационную сферу. В целом же финансирование исследований и разработок во всех развитых странах сегодня на 60–75% осуществляется предпринимательским сектором экономики. Следовательно, рост расходов (в том числе государственных) на научно-инновационную сферу и, как следствие, планомерный рост наукоемкости ВВП – магистральная тенденция развития стран мировой экономической элиты в последние десятилетия.

Анализ количественных характеристик финансирования НИОКР в развитых странах показал, что в последнее десятилетие показатели общей наукоемкости ВВП (отношение национальных расходов на НИОКР к ВВП) развитых стран стабилизировались. Для США, Японии и Германии этот показатель установился на уровне 2,8%, во Франции и Великобритании -2,2-2,4%, в Италии и Канаде -1,3-1,5 % /11/. Экспертные оценки ООН показали, что в прогнозном периоде (до 2020 года) в развитых странах мира возможно некоторое плавное и незначительное повышение наукоемкости ВВП. В США и Японии уровень этого показателя достигнет 3%, а европейские страны выйдут на современный уровень США и Японии (2,8%) /12/. Бурно наращивают свой потенциал в сфере НИОКР страны Юго-Восточной Азии: Сингапур, Гонконг, Тайвань, Южная Корея. Они уже достигли европейских показателей, а Южная Корея – даже показателя США. Эта же тенденция характерна сегодня и для Китая. Дальнейшее развитие сферы НИОКР неизбежно перейдет на путь собственной интенсификации, т.е. повышения эффективности имеющихся ресурсов без наращивания масштабов.

В России в современных условиях финансирование НИОКР по-прежнему ориентировано в значительной степени на институты, а не на научные проекты или отдельные творческие личности, дающие высокий результат. Затраты на НИОКР составляют по паритету реальной покупательной способности примерно 35-40 млрд. долл. Это намного ниже, чем в США, Японии или в Евросоюзе. Значительная часть расходов отечественного бюджета на НИОКР направляется на развитие военно-промышленного комплекса, что свидетельствует об особом внимании государства, которое уделяется решению вопросов создания и производства современных систем и образцов вооружения. По-прежнему, основным потребителем государственных финансовых средств, а также заказчиком НИОКР является оборонная сфера. По этому показателю лидируют США и Великобритания, в которых государственные затраты на оборону составляют около 45%.

Для большинства развитых стран этапы формирования, роста и доминирования государственного сектора науки остались в прошлом. Новейшая практика управления научно-техническим и технологическим прогрессом показывает, что центр тяжести финансирования инноваций, в том числе в сфере производства продукции военного назначения, все более переносится на корпорации – создатели и производители вооружения. Частный сектор является главным источником финансирования и проведения НИОКР в экономически развитых странах. На его долю приходится 50-70% общего финансирования науки в Японии, США, ФРГ, Франции. Он проводит от 60 до 75% всех научных исследований и разработок в этих странах, финансирует и выполняет более 70% прикладных научных исследований и более 90% опытно-конструкторских работ. Доля же фундаментальных исследований, проводимых частным сектором, мала и не превышает 4%. В результате в США в период 1998-2010 гг. доля государства в расходах на НИОКР сократилась до 35% по сравнению с более чем 50% в начале 80-х годов /10/. В других развитых странах (Германия, Франция, Великобритания) государство все еще берет на себя значительную долю (50% и более) затрат в финансировании НИОКР. В отдельных странах (Япония) участие государство ограничивается 20-30% долей финансирования НИОКР.

Все чаще к выполнению НИОКР, в том числе по оборонной тематике, привлекаются научные подразделения крупных корпораций, мелкие и средние наукоемкие фирмы, которые усиливают свои позиции в национальном научно-техническом развитии, опираясь на созданную при помощи государства систему образования, инфраструктуру и некоторые льготы экономического характера. Соответственно в большинстве развитых стран внебюджетное финансирование научных исследований и разработок существенно превышает объёмы бюджетных ассигнований в эту сферу. В среднем по странам – членам ОЭСР оно возросло с 55% в 1981 г. до 65% в начале 90-х годов.

Частный бизнес, одновременно финансируя исследования и воплощая в реальные продукты и технологии научные результаты и изобретения, берёт на себя экономическую ответственность за внедрение достижений НТП. Предпринимательский сектор является и останется в перспективе крупнейшим исполнителем НИОКР, как по объему расходуемых средств, так и по числу занятых научными исследованиями ученых и инженеров. В развитых странах 2/3 всех промышленных исследований выполняют крупные корпорации, однако существенное влияние, в данном процессе, начиная с 80- годов, стали оказывать малые фирмы, которые проявляют наибольшую эффективность в освоении средств. Так затраты на функционирование малых компаний составляют около 5% общего объема НИОКР, а доля инноваций, внедренных данными фирмами, в общем объеме составляет свыше 50% /11/. При этом малые фирмы наиболее эффективны именно на стадии проведения НИОКР, зачастую оставляя право на массовое производство созданных образцов крупным хозяйственным единицам. Таким образом, основным источником средств на НИОКР является бизнес и, прежде всего, крупные национальные и транснациональные корпорации.

В большинстве развитых стран развитие сферы НИОКР идет главным образом через создание и финансирование венчурных (рисковых) предприятий. Венчурное финансирование парадоксальным образом стало одним из двигателей американской экономики. Благодаря венчурным фондам сравнительно небольшие предприятия, развивая новые идеи и создавая технологии, прокладывают пути для крупных компаний, оперативно обеспечивая их передовыми разработками в самых различных областях. Целью создания венчурных фирм является проведение всех стадий НИОКР, создание опытного образца инновационного продукта и доведение его до стадии производства. Венчурный бизнес в России развит слабо, однако интерес к нему появляется и у российских инвесторов. В декабре 1997 года в России создан первый венчурный фонд с государственным участием для поддержки научно – технических проектов и привлечения частного капитала в развитие высоких технологий под государственные гарантии. С тех пор существенного развития практика венчурного финансирования не получила.

Широкое распространение за рубежом получил механизм государственно-частного партнерства. Он состоит в том, что корпорации проводят НИОКР за свой счет с последующей компенсацией расходов путем их включения в цену продаваемой государству продукции военного назначения. Иностранные специалисты видят в такой схеме залог обеспечения эффективности использования ресурсов, которая в большей степени свойственна частному бизнесу. Таким образом, особенности финансирования НИОКР в рассмотренных зарубежных странах состоят в следующем: государство несет существенную, но не основную нагрузку в финансировании затрат на НИОКР; при выполнении НИОКР широко реализуются механизмы государственно-частного партнерства; частный сектор является главным источником финансирования и проведения НИОКР; в большинстве развитых стран развитие сферы НИОКР идет главным  образом через создание и финансирование венчурных (рисковых)  предприятий; для финансирования проектов, связанных с финансовыми рисками, широко используются венчурные фонды и другие рыночные механизмы по защите интересов государства и бизнеса.

В целом, система финансирования НИОКР, сформировавшаяся в развитых зарубежных странах в течение десятилетий, доказала свою эффективность. Доля высокотехнологичной продукции, в том числе экспортной, в этих странах постоянно растет. Благодаря совершенной системе финансового контроля и выдающимся достижениям в области создания вооружений и военной техники обеспечиваются высокие показатели удельных затрат при выпуске военной продукции. Подходы западных стран следует рассматривать как важные ориентиры для развития отечественной системы обеспечения создания вооружений и другой высокотехнологичной продукции. Однако простое копирование подходов и механизмов в России представляется невозможным в силу различий технологического, производственного и финансового потенциалов различных стран. При совершенствовании системы финансирования программных мероприятий в Российской Федерации наряду с апробированными рыночными механизмами должны находиться и применяться специфические, в том числе несимметричные решения с учетом специфической среды, уровня развития отечественного ОПК, и уровня ресурсного обеспечения.

Обеспечить научно-технологический прорыв на рынки высоких и наукоемких технологий невозможно без национального стимулирования их развития и инновационной инфраструктуры. В экономически развитых странах мира в ходе осуществления инновационной политики первостепенное внимание уделяется стимулированию внедрения инноваций научно-технического, прежде всего, технологического характера. Это обусловлено тем, что они обеспечивают до 80% прироста национальных ВВП. Опыт стран Юго-Восточной Азии показывает, что даже при отсутствии собственной научной базы, приобретая патенты и лицензии на новые технологии других стран, можно обеспечить от 10 до 20% ежегодного прироста промышленного производства. Считается, что производство наукоемкой продукции в зарубежных странах обеспечивается в настоящее время посредством 50-55 макротехнологий /12/. При этом семь наиболее развитых стран, обладая 46 макротехнологиями, контролируют до 80% соответствующих продуктовых рынков. США, Германия и Япония ежегодно получают от экспорта наукоемкой продукции около 700, 530 и 400 млрд. долл. США соответственно. США контролируют мировой рынок по 22 макротехнологиям, Германия — по 11, Япония — по 7.

Большое внимание развитыми странами уделяется стимулированию развития инновационной инфраструктуры. В качестве территориальных форм комплексной поддержки инновационных предприятий, интеграции науки и производства, особенно широко используются следующие элементы инфраструктуры: технополисы, технопарки, инновационные центры, инкубаторы инновационного бизнеса, центры трансфера технологий. В странах ЕС функции инновационно – технологических центров и центров по продвижению технологий часто реализуются на практике в форме технопарков или промышленно-технологических зон. Таких территориальных образований в мире существует в количестве более 600, из них свыше половины приходится на США. Россия имеет 44 технопарка, где уровень коммерциализации исследований и их конечных продуктов пока не высок.

Основную часть финансирования научно-технологических парков за рубежом осуществляет государство. Так, по представлению Национального научного фонда США этой страны, наиболее эффективные исследовательские центры и венчурные фирмы могут в первые 5 лет их деятельности полностью или частично финансироваться из федерального бюджета. Государство полностью финансирует наиболее наукоемкие и эффективные исследования и разработки. Это связано с их сложностью, высокими издержками, риском, сильной международной конкуренцией. Государство априори соглашается с тем, что значительная часть проектов окажется неуспешной, однако это не является основанием для признания всего процесса инновационных разработок недостаточно эффективным. В зарубежных странах используются следующие основные стратегии реализации инновационной политики. Стратегия наращивания, которой придерживаются США, Германия, Великобритания, Франция, основана на использовании собственного научно-технического потенциала. Вместе с тем, она предполагает активное привлечение зарубежных ученых и конструкторов, интеграцию фундаментальной науки и прикладных разработок, результатом чего являются новые технологии. Стратегия переноса заключается в использовании зарубежных инноваций в собственной экономике. Такая стратегия была использована Японией после второй мировой войны. Она активно закупала за рубежом лицензии на высокоэффективные технологии с последующим созданием и развитием собственного научно-технического и технологического потенциала. Стратегия заимствования, принятая в Южной Корее и Китае, заключается в освоении выпуска продукции, производившейся ранее в более развитых странах, с последующим собственным инженерно-техническим сопровождением производства и созданием научно-технического потенциала, способного проводить собственные НИОКР. Результатом ее использования явилось создание конкурентоспособной южнокорейской автомобильной промышленности и высокоэффективных средств вычислительной техники и связи.

В странах Европейского союза основной моделью является национальная инновационная система (НИС), которая включает в себя отраслевые и межотраслевые инновационные сети по отдельным видам продуктов и технологий. Субъектами НИС являются исследовательские университеты и лаборатории (академические сообщества), промышленные компании (предпринимательская среда) и государство. Причем роль государства в области инноваций и научно-технического прогресса намного больше, чем в экономике в целом. Здесь образуется своего рода научно-образовательное государственно-частное партнерство. Развитые зарубежные компании часто ведут совместные инновационные разработки в рамках одного направления (кластеры), при этом крупные корпорации часто создают внутри себя малые инновационные фирмы, прокладывающие им дороги к инновациям. Наука не отгораживается от производства, а органично включается в единый и комплексный инновационный процесс. При этом в научные подразделения фирм приглашаются не только узкопрофессиональные специалисты, но и талантливые исследователи, обладающие широкими и разносторонними знаниями, позволяющими сформировать стратегию инновационного развития. В результате создаются как целевые проектные группы, объединяющие ученых, конструкторов и производственников по технологическим линиям, так и стратегические группы, призванные создавать принципиально новые виды техники и технологий.

При проектировании новых высокотехнологичных производств используются методы: внутрифирменного планирования и программирования; методы дорожных карт (когда определяются основные направления, этапы и сроки создания инноваций, с четким расчетом их воздействия на эффективность производства). Обычно тот или иной инновационный проект имеет три этапа в своем развитии. Первый – обоснование его целесообразности, согласование с потенциальным покупателем продукции, составление совместного плана предстоящих работ. Второй – разработка нового образца, формирование кооперации, определение источников поставки материалов и комплектующих, а также создание первой очереди производственных мощностей по выпуску продукции. Третий – практическая реализация нововведения на рынке: производство и реализация вооружения и военной техники.

Инновационные сети включают в себя инновационно – технологические центры, центры по продвижению технологий, технико-внедренческие зоны и другие механизмы соединения науки с производством. Такие центры не только обновляют номенклатуру производимой продукции, повышают ее качество, но и ускоряют рост производительности труда.

В процессе интеграции научно-образовательной, производственной и торговой деятельности образуется тесная связь ученых, конструкторов и частных промышленных фирм на уровне отдельных заводов и научно-производственных объединений. При этом НИИ и лаборатории все чаще подчиняются конкретным производственным предприятиям, либо входят в них напрямую, либо заключая договоры по взаимодействию. В результате расширяется инновационный процесс, повышается рентабельность, эффективность и конкурентоспособность производства. Все сильнее проявляет себя тенденция к объединению на договорных условиях научно-исследовательских институтов и лабораторий в целях разработки для промышленных предприятий и организаций, особенно в оборонных направлениях, новейших видов продукции и высоких технологий. Многие научно-исследовательские организации и лаборатории переходят на более гибкую структуру, позволяющую максимально приблизиться к действующему производству для ускорения работ по каждому проекту, предусматривающему повышение эффективности производства. Этому способствует гибкая организационная структура управления, строящаяся с учетом особенностей производства в компаниях с централизованной, децентрализованной и смешанной структурой управления.

Производством массовых инноваций занимается не только бизнес, но и государство, которое активно помогает выведению своей страны на передовые позиции в мире. В частности, в 2006 году президент США в своем обращении к Конгрессу заявил о необходимости усиления государственной поддержки инновационной сферы в целях сохранения и укрепления американского лидерства в области научно-технического прогресса. Государство активно участвует в создании прорывных технологий, проектов и т.д. Специальные инновационные программы существуют в ЕС и в отдельных странах. При этом первостепенное внимание уделяется не простому увеличению ассигнований на НИОКР, а повышению эффективности использования направляемых ресурсов. Одним из важных показателей эффективности традиционно считается патентная результативность, оцениваемая по числу заявок, поданных национальными заявителями в патентное ведомство своей страны («внутренние заявки») и в зарубежных патентных ведомствах («зарубежные заявки»), по которым можно судить об объеме «инновационных притязаний», возникающих вследствие проведенных исследований и разработок.

Япония, США и Германия заметно превосходят прочие страны по числу внутренних заявок на изобретение. Стремление корпоративных структур и отдельных разработчиков запатентовать свои изобретения стимулируется компаниями и государством с применением системы бонусов и премиальных выплат. Патентование вообще является важнейшей составляющей корпоративной политики, что находит отражение в планировании компаниями числа заявок на патенты, которые должны быть поданы за отчетный период времени (Япония).

В рамках общего интеграционного процесса в странах Европейского союза создан единый европейский рынок государственных заказов, включающий продукцию тяжелого машиностроения, оборонную и другую высокотехнологичную продукцию, где государственные заказы используются в качестве инструмента регулирования, позволяющего ориентировать собственных производителей на принятие определенных решений в области инвестиций, структурных преобразований для производства определенной продукции. В наукоемких отраслях доля государственных заказов может достигать 50% объема производства. Общий объем закупок инновационной продукции в странах ЕС составляет 15 – 20% совокупного ВВП. По данным Евростата, в 2011 году ВВП Евросоюза оценивается в 12,3 трлн. евро, то есть речь идет о сумме более 2 трлн. евро /16/.

Россия демонстрирует существенное отставание от развитых стран в сфере промышленных инноваций. Решение проблемы технологической модернизации и инноватизации невозможно без наращивания финансирования перспективных направлений развития науки и техники. Одним из таких направлений является разработка технологий и производство вооружения и военной техники. В большинстве стран мира в эту сферу направляются масштабные инвестиции, в том числе международные. Российский ОПК располагает достаточно высоким научно-техническим потенциалом и нуждается в наращивании инвестиций. Россия, как член мирового экономического сообщества, становится все более привлекательной для иностранных инвестиций.

По итогам 2011 года совокупный объем накопленных иностранных инвестиций в экономике России составил 311,8 млрд. долл. США. Приток иностранных инвестиций в экономику характеризуется значительными нарастающими объемами и высокой динамикой роста. Иностранные инвестиции в экономику России растут быстрее, чем российские инвестиции. Так индекс физического объема российских инвестиций в основной капитал и иностранных инвестиций в экономику России составила соответственно: в 2000 г. 110,7% и 114,6%; в 2003 г. 112,5% и 150,1%, в 2005 г. 110,5 и 132%, в 2011 г. 112,1% и 144,8%.

В то же время, в соответствии с российским законодательством и следуя традициям, высокотехнологичный отечественный оборонно-промышленный комплекс (ОПК) развивается на основе почти исключительно российских ресурсов, которые ограничены возможностями федерального бюджета. Наметившиеся в последние годы шаги по налаживанию интеграционных связей с иностранными разработчиками и производителями военной техники (Индия, Китай, Франция, Израиль) пока не стали столь масштабными, чтобы играть существенную роль в финансировании оборонных программ России.

Есть еще один способ опосредованного привлечения иностранных ресурсов в отечественный оборонно-промышленный комплекс – наращивание экспорта вооружений и реинвестирование выручки от продаж в отечественный ОПК /17/. Данный способ финансирования прорывных проектов в сфере обороны используется давно и довольно эффективно. Однако ввиду обострения конкуренции на мировом рынке вооружений и в связи со снижением конкурентоспособности российских производителей на отдельных направлениях вооружений необходимо искать дополнительные источники финансирования и всемерно повышать эффективность имеющихся ресурсов.

В заключение сформулируем три вывода.

1. Значимым фактором государственной инновационной политики и стимулирования инновационной активности конкретных субъектов хозяйствования является политика таргетирования кредитно-инвестиционных агрегатов банковского сектора, заключающаяся в планомерном и жестко контролируемом росте количества и объема долгосрочных кредитов, выдаваемых банковским сектором предприятиям под реализацию инновационных проектов;

2. Монетарная политика переходного периода не должна иметь собственных, независящих от общественного выбора, абстрактных целей. Она должна базироваться не на умозрительных и зачастую губительных инструкциях международных организаций, имеющих обычную для рыночной экономики цель ослабления (уничтожения) своих потенциальных конкурентов, а быть подчиненной основной задаче – созданию условий для ускоренного развития реального сектора экономики на базе его технико-технологической модернизации;

3. Тезис о полной независимости центрального (национального) банка от правительства является глубоко ошибочным, поскольку проводимая главным банковским учреждением политика никак не может быть не связанной с тенденциями экономического роста. Изучение роли центрального банка в формировании экономики инновационного типа выявляет объективную необходимость пересмотра его функций с тем, чтобы приблизить цели, которыми он руководствуется в своей деятельности к целям общественного выбора.

Литература

1. Кохно П.А. Противоречие между трудом и капиталом в современной России // Человек и труд, 2011, №11. С. 51-56.

2. Кохно П.А., Костин А.Л. Модель будущего. – М.: Алгоритм, 2013. – 752 с.

3. Кохно П.А. Оборонно-промышленные предприятия в системе «конкурентная разведка – конкурентное производство». Анализ и перспективы развития оборонно-промышленного производства // Военная мысль, 2010, №11. С. 31-40. Кохно П.А. Оборонно-промышленные предприятия в системе «конкурентная разведка – конкурентное производство». Методика построения системы конкурентной разведки на оборонно-промышленном предприятии // Военная мысль, 2010, №12. С. 29-37. Кохно П.А., Кохно А.П. Конкуренция высокотехнологичной продукции // Общество и экономика, 2010, №10-11. С. 42-66. Кохно А.П. Финансово-промышленный капитал интегрированных структур // Общество и экономика, 2011, №11-12. С. 126-147.

4. Кохно П.А. Западная модель уничтожения конкурентов // Вестник Академии Тринитаризма, М., Эл № 77-6567, публ.17439, 02.05.2012..

5. Кохно П.А. Необходимо переосмысление рыночно-конкурентной модели странами-участницами Таможенного союза // Вестник Академии Тринитаризма, М., Эл № 77-6567, публ.17454, 13.05.2012.

6. Кохно П.А. Методика определения потребности перспективных рынков труда в квалифицированных кадрах // Человек и труд, 2011, №3. С. 25-30.

7. Кохно П.А. Гармоничная экономика труда ЕврАзЭС – новый взгляд на мировой конкурентный рынок ВТО // «Академия Тринитаризма», М., Эл № 77-6567, публ.17573, 11.07.2012. Кохно П.А. Страны-участницы Таможенного союза перед выбором: инновационная экономика или рыночная // Общество и экономика, 2012, №5. С. 78-89.

8. Кохно П.А. Модель гармоничной экономики труда // Человек и труд, 2012, №12. С. 46-49.

9. Кохно П.А. Методика сравнительной оценки образцов вооружения // НТС «Вопросы оборонной техники», сер. 3, вып. 1 (368), 2012. С. 43-48.

10. Кохно П.А., Кохно А.П. Оптимизационные модели распределения финансовых средств на приоритетные программы несущих отраслей экономики // Общество и экономика, 2012, №10. С. 3-15. Кохно П.А., Кохно А.П. Интегральный учёт труда. Управленческий учёт по показателю «добавленная стоимость» // Человек и труд, 2012, №.7. С. 38-41.Кохно П.А., Кохно А.П. Интегральный учёт труда. Управленческий учёт по конечным результатам // Человек и труд, 2012, №.8. С. 55-60.

11. Швецов Д.Е. http://geopub.narod.ru/student/shvecov/1/main.htm.

12. Мировая экономика. Учебно-методический комплекс http://www.easyschool.ru/books/25/78/12/.

13. Приложение к газете “Коммерсантъ” №215(3299) от 16.11.05.

14. Кохно А.П. Финансирование научных исследований и разработок // Общество и экономика, 2012, №11. С. 24-37.

15. http://down-archive.com/5-3-zarubezhnyj-opyt-realizacii-gosudarstvennoj.html.

16. http://www.finanal.ru/001/gosudarstvennye-zakupki-v-sisteme-vzaimootnoshenii-gosudarstva-i rynka.

17. Кохно П.А. Экспорт высокотехнологичной промышленной продукции // Военная мысль, 2012, №3. С. 59-72.



Все статьи автора «Кохно Павел Антонович»


© Если вы обнаружили нарушение авторских или смежных прав, пожалуйста, незамедлительно сообщите нам об этом по электронной почте или через форму обратной связи.

Связь с автором (комментарии/рецензии к статье)

Оставить комментарий

Вы должны авторизоваться, чтобы оставить комментарий.

Если Вы еще не зарегистрированы на сайте, то Вам необходимо зарегистрироваться: