Сибирский государственный аэрокосмический

университет имени академика М. Ф. Решетнева, Россия, Красноярск

Долгое время русская печь была одной из самых эффективных систем отопления в мире. По эффективности она превышала западноевропейский камин в 3-4 раза, а паровоз – в два раза. В царской России эффективность использования энергии была выше, чем в США и многих странах Западной Европы. Сегодня же Россия по энергорасточительности занимает 11-е место в мире, пропустив вперед только Азербайджан, Украину, Казахстан, Танзанию, Никарагуа и еще несколько мелких развивающихся стран. В последние годы разрыв с развитыми странами не только не сократился, а напротив, увеличился.[1]

К концу 20-го века в России был накоплен огромный потенциал энергосбережения. Доступ к нему огражден барьерами, которые государство никак не может сдвинуть. Это барьеры очень разной природы: ценовые и финансовые; барьеры, связанные со структурой и организацией экономики и рынка; институциональные барьеры; социальные, культурные поведенческие и т.д. Другими словами, все факторы, которые прямо или косвенно влияют на процесс принятия решений об использовании энергии, могут потенциально стать барьерами на пути повышения энергоэффективности.[2]

Главная роль федерального правительства, которое провозгласило повышение энергоэффективности главным приоритетом «Энергетической стратегии России на период до 2030 года», – устранить барьеры или помочь потребителям энергии преодолеть их, создать благоприятные условия для инвестиций в энергосберегающие проекты. Однако сегодня нестабильное экономическое положение в стране увеличивает риск вложений в энергосберегающие проекты не только частного капитала, но даже средств Всемирного банка.

Развитие экономики и общества настоятельно требует изучения возможностей и стратегических приоритетов развития энергетики. В этом случае зарубежный опыт по разработке проектов и решений в сфере энергосбережения может быть очень интересным и полезным для России.

К примеру в США успешно применяются различные подходы к решению проблемы энергосбережения: принудительный, стимулирующий и просветительский. При этом принудительный подход не играет особой роли, так как правительство США «не увлекается» разработкой обязательных кодексов и нормативов. Законом установлены минимальные стандарты, которым должна соответствовать производимая продукция, и правительство не склонно ужесточать эти меры. Все программы по энергосбережению преследуют единую цель – уменьшить потребление электроэнергии, снизить размеры коммунальных платежей и повысить экологичность производства и эксплуатации готовой продукции.

Законом об энергосбережении в США введены значительные ограничительные меры. Например, к 2014 г. будет введен запрет на использование ламп накаливания. Легковые автомобили в 2020 г. на галлон топлива должны проезжать минимум 35 миль (55 км на 4 л). К 2020 г. планируется в основном использовать биотопливо собственного производства, для чего финансируются исследования по технологиям переработки в биотопливо отходов американских целлюлозно-бумажных комбинатов. Также, законом вводятся налоговые льготы и различные гранты для авто-заправочных станций (АЗС), торгующих бензином с добавлением биотоплива.

Кроме того, на общедоступных сайтах имеется огромное количество информации по энергосберегающим технологиям, расчету экономической эффективности и особенностям внедрения. Действуют образовательные центры для малых и средних предприятий. Значительные средства на исследования в области энергоэффективности выделяются федеральным правительством. Финансирование осуществляется под конкретные проекты. Массовое внедрение новых технологий стимулируется, в частности, через государственные гарантии под кредиты.

С выбором нового президента США Б. Обамы политика государства в сфере энергосбережения особенно активизировалась. В программу, сформулированную еще во время предвыборной кампании, были внесены существенные изменения. Программой предусматривается достижение 6 главных целей:

• сокращение выбросов углекислого газа,
• субсидирование чистых энергетических технологий,
• поддержка производства биотоплива,
• достижение независимости от импорта топлива,
• повышение энергоэффективности экономики,
• восстановление лидерства в международных климатических программах.

Значительные средства выделяются на:

• действующую программу повышения энергоэффективности домов принадлежащих семьям с низким доходом;
• модернизацию государственного жилья, находящегося в ведении Министерства жилищного строительства и городского развития;
• гранты штатам и местным органам власти для поддержки проектов повышения энергоэффективности государственных зданий;
• преобразование зданий федерального правительства;
• скидки для потребителей, приобретающих энергосберегающие электроприборы;
• создание «умных» электрических сетей позволяющих использовать в общей системе источники с нестабильной выработкой электрической энергии. [3]

Ключевые особенности американского подхода к вопросам энергосбережения – ориентация на потребителя, обещание финансовой выгоды от покупки, а также отсутствие категоричных распоряжений «сверху» и возможность добровольного участия в «зеленых» программах. Эти принципы оказались крайне привлекательны для менталитета населения – что позволяет делать политику США в области энергосбережения по-настоящему эффективной.

Что касается России, то принятый 23 ноября 2009 г. Федеральный закон № 261
«Об энергосбережении и о повышении энергетической эффективности и о внесении изменений в отдельные законодательные акты РФ» позволил внести существенные изменения в нормативно-правовую и законодательную базу в части энергосбережения. Цель Закона – это создание правовых, экономических и организационных основ для стимулирования энергосбережения и повышения энергетической эффективности. Закон регламентирует необходимость формирования структур управления политикой энергосбережения на федеральном, региональном и муниципальном уровнях. Требует ускорить разработку и принятие технических регламентов, стандартов и нормативов, устанавливающих требования по энергетической эффективности в отношении энергетических устройств и оборудования, зданий, сооружений.[4]

Закон прямо запрещает ввод в эксплуатацию построенных, реконструированных, прошедших капитальный ремонт зданий, не соответствующих требованиям энергетической эффективности.

Кроме того, законом предусмотрены жесткие требования по оборудованию как новых, так и существующих зданий и сооружений приборами учета.

Ключевую роль в процессе реализации закона должны играть региональные власти. В их функции в соответствии с законом входит не только реализация в регионе федеральной политики, но и в пределах своей компетенции: установление требований к программам в области энергосбережения организаций, осуществляющих регулируемые виды деятельности; установление перечня обязательных мероприятий по энергосбережению в многоквартирных домах; координация проводимых мероприятий и контроль за их проведением.

Согласно требованиям закона, региональные программы должны распространяться на жилищный фонд, коммунальную инфраструктуру, организации с участием государства или муниципального образования, транспортный комплекс. Также должно использоваться стимулирование производителей и потребителей энергетических ресурсов, проведение мероприятий по энергосбережению, повышению энергетической эффективности.

В законе «Об энергосбережении и о повышении энергетической эффективности» разъясняется возможность господдержки в осуществлении инвестиционной деятельности в области энергосбережения и повышения энергетической эффективности.

Для развития деятельности малого и среднего бизнеса предполагается создание на региональном уровне специализированных институтов поддержки, ориентированных на проекты по повышению энергоэффективности. Участвовать в их финансировании сможет как бизнес, так и государство.

По оценкам специалистов в области кластерной политики, использование государственно-частного партнерства (ГЧП) индивидуально для каждого типа стран. Предлагая использование ГЧП в каком-либо кластере необходимо понимать, что в первую очередь здесь должна быть отражена заинтересованность государства в его развитии.

Так, одной из форм государственно-частного партнерства являются концессионные соглашения. В России такие отношения регламентирует Федеральный закон «О концессионных соглашениях», целью которого является привлечение инвестиций в экономику Российской Федерации, обеспечение эффективного использования имущества, находящегося в государственной или муниципальной собственности, на условиях концессионных соглашений и повышение качества товаров, работ, услуг, предоставляемых потребителям. Этот закон регулирует отношения, возникающие в связи с подготовкой, заключением, исполнением и прекращением концессионных соглашений, устанавливает гарантии прав и законных интересов сторон концессионного соглашения.

В настоящее время для российской экономики актуальным является инвестирование концессионных соглашений в основном в жилищно-коммунальное хозяйство, на строительстве автодорог, железных дорог и портов.

Для устойчивой работы системы государственно-частного партнерства необходимы квалифицированные кадры в институтах ГЧП, которые смогут оценивать специфические проекты в сфере энергосбережения и повышения эффективности. И это остается одной из актуальных проблем для России.

Таким образом, существующие институты ГЧП не полностью удовлетворяют спрос на поддержку проектов по повышению энергоэффективности. Хотя существует целый ряд областей, перспективных для развития ГЧП.

Реально ГЧП можно использовать в жилищно-коммунальном секторе,
где у бизнеса, обладающего мобильностью и гибкостью, должна появиться заинтересованность в предложении и воплощении в жизнь социально-значимых проектов. Проекты должны быть выгодны как бизнесу, так и государству и быть краткосрочными. По мнению специалистов, пока российским бизнесменам не выгодно вкладывать средства в долгосрочные проекты. За рубежом проекты ГЧП рассчитываются на 10-20 и более лет. Такие проекты, как правило, вызывают интерес у консервативных инвесторов.

Использование ГЧП ограничено еще и по причине несовершенства российского законодательства, которое провоцирует российский бизнес заниматься только своими частными, а не общероссийскими проблемами. Если на уровне государства будут созданы более благоприятные правовые условия, то результаты такого партнерства могли бы быть более позитивными как для региона, так и для страны в целом.

Бизнес примет участие в социально-значимых проектах, если ему это будет выгодно. Более того, «потащит за собой государство», потому что более организован и мотивирован на будущей прибылью. Государство изначально менее мобильная и неповоротливая система. Да и мотивация у чиновников всегда ниже, чем у бизнесменов.

Нельзя не сказать о том, что коррупционная составляющая, имеющая место быть, мешает созданию, продвижению и работе ГЧП. Государство должно гарантировать бизнесу, что после завершения того или иного проекта, он сможет эксплуатировать объект столько лет, сколько оговорено в контракте. Вложения бизнеса в экономику должны окупаться. Где большие риски, где нужны прорывные технологии ГЧП не подходит. Такова мировая практика.

В заключение можно сделать основной вывод по рассматриваемой проблеме, роль государства в реализации программы энергоэффективности безусловно является главной. Без государственной поддержки невозможно выполнение программ энергоэффективности, создание благоприятных условий для привлечения инвестиций в энергосберегающие проекты.

Сибирский государственный аэрокосмический

университет имени академика М. Ф. Решетнева, Россия, Красноярск

Красноярский край обладает огромными энергетическими ресурсами и является одним из крупнейших производителей электроэнергии (около 6% от общего российского производства). Динамика социально-экономического развития края оказывает влияние на формирование общероссийских показателей. Деятельность электростанций Красноярского края регулируется Енисейским бассейновым водным управлением, выработка электрической и тепловой энергии устанавливается в соответствии с графиками и заданиями служб Системного оператора.

За период 2005-2011 годы в производстве и распределении электроэнергии, газа и воды сохраняется положительная тенденция роста объемов производства.

Основной объем потребления электроэнергии (более 70 процентов) в крае приходится на организации добывающих, обрабатывающих производств, производства и распределения электроэнергии, газа и воды. Это объясняется тем, что основным потребителем топливно-энергетических ресурсов в Красноярском крае являются организации промышленного комплекса, которые ориентированы на энергоемкие виды деятельности.

Освоение гидроресурсов в Красноярском крае происходит наиболее эффективно, что обусловлено сочетанием многоводности реки Енисей, горного рельефа территории, узости скальных русел и созданием большого напора воды. Гидроэлектростанции относятся к возобновляемым источникам энергии и отличаются отсутствием затрат на добычу, переработку топлива, а также характеризуются низкой себестоимостью.

В структуре выработки электрической энергии преобладает энергия, произведенная тепловыми электростанциями, которые отличаются надежностью и отработанным процессом. На долю тепловых электростанций приходится более половины всей произведенной электроэнергии в крае.

Тенденция увеличения инвестиций в основной капитал в производстве и распределении электроэнергии, газа и воды в 2006-2011 годы свидетельствует о заинтересованности государства в привлечение инвестиций в энергетику края. Основными целями инвестирования организации считают замену изношенного оборудования, повышение эффективности производства за счет автоматизации или механизации производственного процесса, увеличение производственных мощностей, экономию энергоресурсов.

Сегодня в крае ведутся активные работы по достройке Богучанской ГЭС, которая на 3000 МВт увеличит мощность энергосистемы. Богучанская ГЭС будет крупнейшим гидро-энергетическим объектом Восточной Сибири и сможет разрешить проблему дефицита электроэнергии.

На базе электроэнергии Богучанской ГЭС и природно-ресурсном потенциале северных территорий заработает новый промышленный район в Красноярском крае – Нижнее Приангарье. Более половины электроэнергии, вырабатываемой ГЭС, планируется использовать на строящемся алюминиевом заводе.

Одним из приоритетных направлений развития экономики Красноярского края является энергоэффективность – снижение потребления энергоресурсов предприятиями и населением края.

Федеральным законом «Об энергосбережении и о повышении энергетической эффективности» определены основные показатели и целевые индикаторы энергоэффективности, за исполнением которых установлен беспрецедентный контроль со стороны Правительства Красноярского края. Указом Президента РФ от 28 июня 2007 г. № 825 «Об оценке эффективности деятельности органов исполнительной власти субъектов Российской Федерации» к таким показателям отнесены:

• энергоемкость валового регионального продукта (ВРП);
• доля энергетических ресурсов, производимых с использованием возобновляемых источников энергии, в общем объеме энергетических ресурсов, производимых на территории субъекта Российской Федерации.

Анализ причин возникновения проблем энергосбережения в крае позволяет выделить основные:

-              суровые климатические условия территории Красноярского края (особенно северная часть);

-              большие расстояния, которые необходимо преодолевать для доставки сырья, материалов, топливно-энергетических ресурсов и других товаров;

-              высокая доля ветхих, устаревших и изношенных жилых и общественных зданий, расходы тепла на отопление которых существенно превышают строительные нормативы;

-              недостаточная и не всегда качественная нормативная правовая база энергосбережения и энергоэффективности;

-              исторически сложившийся менталитет российских граждан, нравственный ориентир пренебрежительного отношения к экономии и бережливости;

-              недостаточная и не всегда качественная профессиональная подготовка специалистов в области энергосбережения и эффективного использования энергетических ресурсов.

В этом перечне причин высокой энергоемкости экономики только суровый климат и дальние расстояния являются объективными непреодолимыми обстоятельствами. Все остальные являются субъективными, и их влияние может быть существенно снижено за счет целенаправленной деятельности по реализации программы энергосбережения и повышения энергетической эффективности края.

Развитие экономики края настоятельно требует изучения возможностей и стратегических приоритетов развития энергетики, повышения энергетической эффективности. Зарубежный опыт по разработке проектов и решений в сфере энергосбережения может быть очень интересным и полезным для региона.

Программы по повышению энергоэффекивности должны преследовать
единую цель – уменьшить потребление электроэнергии, снизить размеры коммунальных платежей и повысить экологичность производства и эксплуатации готовой продукции. ²⁾

Для эффективного и планомерного развития энергетики в регионе необходимы значительные инвестиции для развития и внедрения нового поколения энергосистем, которые обладают более высокой эффективностью и соответствуют ожидаемым экологическим стандартам. Кроме того, ряд мероприятий по повышению энергосбережения и энегоэффективности можно инвестировать с помощью привлечения частного сектора. Иными словами использование одной из форм государственно-частного партнерства.

Реализация в крае крупнейших инвестиционных проектов (строительство Богучанской ГЭС и проект «Комплексное развитие Нижнего Приангарья») позволит создать новые высокотехнологичные производства, развитую транспортную инфраструктуру, расширят кооперацию с соседними регионами, а также странами ближнего и дальнего зарубежья.

Актуальным также остается вопрос по замене используемых ламп накаливания на энергосберегающие лампы «нового поколения». Если у потребителей ряда стран скоро не останется выбора, лампы накаливания просто исчезнут с витрин хозяйственных магазинов, то для большинства же российских домохозяйств главным аргументом отказа от использования энергосберегающих ламп остается почти десятикратная разница в цене на «старые» и «новые» лампочки и сравнительно невысокое качество предлагаемого товара. Реализация компактных ламп по-прежнему в разы отстает от продаж ламп накаливания, хотя многочисленные энергетические и коммунальные компании сообщают об окупаемости энергосберегающих ламп через четыре-шесть месяцев.⁴⁾

Что касается Красноярского края, то с 1 января 2011 года прекращены закупки для государственных нужд ламп накаливания, а до 1 января 2013 года в формате целевой программы запланировано провести энергетические обследования организаций с государственным участием, а также всех ресурсоснабжающих организаций. ¹⁾

Утвержденная Указом Президента Российской Федерации от 12 мая 2009 года № 537 «Стратегия социально-экономического развития Сибири до 2020 года», направлена на превращение регионов Сибири в территории комфортного проживания и успешного ведения бизнеса. Основной целью развития Сибири является обеспечение устойчивого повышения уровня и качества жизни населения на основе сбалансированной социально-экономической системы инновационного типа, гарантирующей национальную безопасность, динамичное развитие экономики и реализацию стратегических интересов России в мировом сообществе.

Приоритетными направлениями развития объектов Единой национальной (общероссийской) электрической сети в Красноярском крае в 2009 – 2011 гг. являются выдача мощности вводимых энергоблоков тепловых и гидроэлектростанций, повышение уровня надежности электроснабжения потребителей, снятие технических ограничений на технологическое присоединение к электрическим сетям. Развитие распределительного электросетевого комплекса Красноярского края будет направлено на ликвидацию дефицита сетевой мощности в проблемных энергоузлах, повышение надежности электроснабжения присоединенных потребителей и снижение удельного веса потерь электрической энергии при ее передаче.⁵⁾

Возрастающие с каждым годом выработка и потребление энергии требуют потребления больших объемов сырья, запасы которого не безграничны.
По оценкам экспертов, при современном уровне добычи мировых запасов угля хватит на 600 – 1000 лет, нефти 150 – 250 и газа 120 – 300 лет. Главным фактором, обусловливающим необходимость энергосбережения, является истощаемость запасов органического топлива.

Использование в крае нового подхода к вопросам энерго- и теплосбережения, сохранения окружающей природы возможно при принятии органами местного самоуправления решений, ориентированных на потребителя, обещание финансовой выгоды от производства, покупки и использования энергосберегающего оборудования, возможности добровольного участия в предлагаемых программах. Чтобы новые технологии пришли в край, требуется технический стандарт и наличие рынка. Только в таком случае компании-производители проявят заинтересованность в создании производства, ориентированного на энергосберегающую продукцию и сохранение окружающей среды. Все это может оказаться более привлекательным для населения и бизнеса, позволит сделать политику в области энергосбережения по-настоящему эффективной.

Реализация в регионе крупных инвестиционных проектов, намеченных на перспективу, позволит продолжить разработку природных ресурсов, создать новые производства, увеличить поступление дополнительных налогов в бюджет и обеспечить более высокий уровень жизни жителей края.

Сибирский государственный аэрокосмический

университет имени академика М.Ф. Решетнева, Россия,

Красноярск

Назначение подразделения обеспечения информационной безопасности (далее – ПОИБ) федерального органа государственной власти состоит в осуществлении защиты информации от угроз нарушения ее безопасности [1] на соответствующем ее типу или ценности (стоимости) уровне.

Определим понятия, используемые в настоящей статье.

Безопасность информации (данных) – состояние защищенности информации (данных), при котором обеспечены ее (их) конфиденциальность, доступность и целостность.

Информационная безопасность – обеспечение конфиденциальности, целостности и доступности информации [2].

Под конфиденциальностью информации будем понимать привилегию доступа к информации только авторизованных пользователей, под целостностью  – обеспечение подлинности (неискаженности) информации и методов ее обработки, под доступностью – обеспечение доступа к информации и связанным с ней активам пользователей по мере необходимости.

Рассмотрим, что закладывается в понятие «защита информации» существующими нормативно-правовыми и нормативно-методическими документами, какие свойства и угрозы нарушения свойств безопасности информации регламентируются.

Для этого перечислим виды информации, свойства и типы угроз нарушения ее безопасности, определенные законодательством Российской Федерации.

Согласно [3] под информацией понимаются сведения (сообщения, данные) безотносительно формы их представления. При этом весь объем информации дифференцируется на информацию, подлежащую и не подлежащую защите. Для задачи определения функций подразделения интерес представляет информация, подлежащая защите.

В соответствии с законодательством РФ информация, подлежащая защите, подразделяется на информацию ограниченного и неограниченного доступа (общедоступную информацию) [4]. В свою очередь информация ограниченного доступа делится на информацию, составляющую государственную тайну [5], и конфиденциальную информацию.

Согласно [6] класс конфиденциальной информации представляет собой совокупность шести подклассов информации:

1. Персональные данные.
2. Тайна следствия и судопроизводства.
3. Служебные сведения.
4. Профессиональные тайны.
5. Коммерческая тайна.
6. Сведения о сущности изобретения, полезной модели или промышленного образца.

Систематизируем вышесказанное в виде диаграммы иерархии классов информации (рис. 1).

Рис. 1 – Иерархия классов информации

Результат процесса идентификации информации в федеральном органе государственной власти показывает потенциальное наличие общедоступных данных [7, 8], сведений конфиденциального характера, представленных служебной информацией и персональными данными, кроме того, сведений, представляющих собой государственную тайну. Для организаций, имеющих в своей структуре подразделение, осуществляющее деятельность по предоставлению или распространению информации, также будет актуальным вопрос идентификации запрещенной информации и информации ограниченного распространения [3].

Критичными с точки зрения безопасности для информации неограниченного доступа являются свойства доступности и целостности, в то время как для информации ограниченного доступа наиболее важным является свойство конфиденциальности, т.е. недоступности третьим лицам.

Рассмотрим классификации существующих угроз нарушения безопасности информации.

С точки зрения нарушаемого свойства безопасности информации угрозы подразделяются на угрозы нарушения конфиденциальности, целостности и доступности информации [9].

Согласно природе источника угрозы подразделяются на искусственные – антропогенные (обусловленные деятельностью человека) и естественные. В свою очередь естественные угрозы делятся на техногенные (обусловленные техническими средствами) и стихийные (рис. 2).

Рис. 2 – Классификация угроз безопасности информации

В зависимости от наличия умысла антропогенные угрозы делятся на умышленные и неумышленные. Данная группа представляет наибольший интерес с точки зрения организации защиты, так как действия субъекта можно оценить, спрогнозировать и принять адекватные меры. В качестве антропогенного источника угроз рассматривается субъект, имеющий доступ (санкционированный или несанкционированный) к работе со54.бю штатными средствами защищаемого объекта. Субъекты (источники), действия которых направлены на нарушение безопасности информации, могут быть внешними и внутренними.

Внешние источники могут иметь различные уровни квалификации [10] и возможностей. К ним относятся:

• криминальные структуры;
• хакеры;
• недобросовестные партнеры;
• технический персонал поставщиков телематических услуг;
• представители надзорных организаций и аварийных служб;
• силовые структуры;
• государственные службы внешней разведки.

Внутренние субъекты (источники), как правило, представляют собой высококвалифицированных специалистов в области разработки и эксплуатации ПО и технических средств (далее – ТС), знакомых со спецификой решаемых задач, структурой, основными функциями и принципами работы программно-аппаратных средств защиты информации (далее – СЗИ), а также имеющих возможность использования штатного оборудования и ТС сети [11]. К ним относятся:

• вспомогательный персонал (уборщики, охрана);
• основной персонал (пользователи, программисты, разработчики);
• технический персонал;
• сотрудники службы защиты информации.

Важно отметить, что при отсутствии компетентного отношения к управлению ИБ в организации существенно возрастает вероятность превышения должностных полномочий и, как следствие, криминализации подразделения, ответственного за предупреждение преступлений в информационной сфере, в частности связанных с нарушением положений Конституции РФ и за совершение которых предусмотрена уголовная ответственность. Парадоксально, но наибольший материальный ущерб организациям часто наносится именно в результате действий сотрудников собственной службы безопасности. Поэтому необходимо четко определять полномочия и права сотрудников, вести обоснованную кадровую политику. Например, если подразделение занимается исключительно вопросами контроля, не решает непосредственно задачи администрирования сети, необходимо верифицировать отсутствие у сотрудников подразделения прав на изменения, в случае наличия ограничить до прав супервизора, что снизит возможность превышения полномочий.

Особую группу внутренних антропогенных источников составляют лица с нарушенной психикой, внедренные и завербованные агенты, которые могут быть из числа основного, вспомогательного и технического персонала, а также представителей службы защиты информации.

Техногенные источники угроз определяются технократической деятельностью человека и развитием цивилизации. Эти источники угроз менее прогнозируемы, напрямую зависят от свойств техники и могут быть вызваны физическим и моральным устареванием технического оборудования, а также отсутствием материальных средств на его обновление.

Технические средства, являющиеся источниками угроз безопасности информации, также могут быть внешними:

• средства связи;
• сети инженерных коммуникаций (вентиляции, водоснабжения, канализации);
• транспорт.

и внутренними:

• некорректно функционирующие программные или технические средства обработки информации;
• вспомогательные средства (охраны, сигнализации, телефонии);
• другие технические средства, применяемые в организации.

Стихийные источники угроз объединяют обстоятельства, составляющие непреодолимую силу, то есть такие обстоятельства, которые носят объективный и абсолютный характер, распространяющийся на всех. К непреодолимой силе в законодательстве РФ и договорной практике относят стихийные бедствия или иные обстоятельства, которые невозможно предусмотреть или предотвратить или возможно предусмотреть, но невозможно предотвратить при современном уровне человеческого знания и возможностей [10]. Данные источники угроз не поддаются прогнозированию, и поэтому меры защиты от них должны применяться всегда.

Стихийные источники угроз, как правило, являются внешними по отношению к защищаемому объекту и под ними понимаются, прежде всего, природные катаклизмы:

• пожары;
• землетрясения;
• наводнения;
• ураганы;
• различные непредвиденные обстоятельства;
• необъяснимые явления.

До настоящего момента в государственных организациях под назначением ПОИБ понимали защиту информации, соответствующую положениям руководящих документов Государственной технической комиссии при Президенте Российской Федерации. Положения [11] регламентируют защиту информации от антропогенных угроз, причем очень узкого класса, а именно несанкционированного доступа (далее – НСД) к информации. Не рассматриваются антропогенные угрозы, являющиеся причинами неумышленных действий внутреннего персонала, имеющего в момент реализации угрозы соответствующие права доступа к защищаемой информации, деятельности инсайдерских агентов, получивших санкции на доступ к информационным ресурсам. Защита преимущественно ориентирована именно на обеспечение свойства конфиденциальности информации ограниченного доступа. Таким образом, защита информации, подлежащей предоставлению и распространению, а также информации, доступ к которой не может быть ограничен согласно законодательству РФ, не является функцией подразделения, для которого понятие «защиты информации» сводится к представленному определению.

Столь узкое понимание предмета, объекта защиты и ограниченный класс рассматриваемых угроз безопасности информации дают конкретные, шаблонные представления о необходимой численности и квалификации персонала подразделения, задача организации подразделения является типовой. В данном случае название подразделения в большей степени соответствует «группе по защите информации ограниченного доступа от НСД». При этом защита информации ограниченного и неограниченного доступа от прочих видов угроз, в том числе связанных с нарушением доступности и целостности, является фактически нагрузкой ИТ-подразделения.

14 июля 2006 года Советом Федерации был одобрен Федеральный закон № 149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации».

Согласно п. 1 ст. 16 [3] «защита информации» представляет собой принятие правовых, организационных и технических мер, направленных на:

1)  обеспечение защиты информации от неправомерного доступа, уничтожения, модифицирования, блокирования, копирования, предоставления, распространения, а также от иных неправомерных действий в отношении такой информации;

2)  соблюдение конфиденциальности информации ограниченного доступа;

3)  реализацию права на доступ к информации.

Согласно п. 4 рассматриваемой статьи [3] обладатель информации, оператор информационной системы в случаях, установленных законодательством РФ, обязаны обеспечить:

1)    предотвращение НСД к информации и (или) передачи ее лицам, не имеющим права на доступ к информации;

2)    своевременное обнаружение фактов НСД к информации;

3)    предупреждение возможности неблагоприятных последствий нарушения порядка доступа к информации;

4)    недопущение воздействия на технические средства обработки информации, в результате которого нарушается их функционирование;

5)    возможность незамедлительного восстановления информации, модифицированной или уничтоженной вследствие НСД к ней;

6)    контроль за обеспечением уровня защищенности информации.

Объектом рассмотрения подпунктов 1 и 3 п. 1, а также подпунктов 4 и 5 п. 4 является обеспечение свойств доступности и целостности информации. При этом НСД как угроза также указывается в подпункте 1 п. 1.

Принятие данного закона можно считать отправной точкой на пути к интеграции в мировое пространство в сфере обеспечения информационной безопасности. Интеграция очевидна и наблюдаема на практике для организаций коммерческого типа, придающих высокую значимость имиджу и преумножению объектов PR-акций. В международных стандартах, в частности [12], понятие «защита информации» рассматривается комплексно, оно не сводится к понятию обеспечения свойства конфиденциальности информации ограниченного доступа от НСД. Защищаемой является информация как ограниченного доступа, так и общедоступная информация, подлежащая обязательному своевременному предоставлению, распространению в неизменном виде.

Если придерживаться указанного системного подхода к понятию «защита информации», возможная вариативность деятельности подразделения комплексного обеспечения информационной безопасности (далее – ПКОИБ) увеличивается на порядок. Минимальная численность подразделения в таком случае определяется положением об органе государственной власти, в котором подразделение создается, а именно направлениями, требующими обеспечения ИБ, и законодательством РФ, акты которого директивно указывают на обязательность данной защиты.

При наличии соответствующих потребностей и активов организации функциональность ПКОИБ возможно расширить. Рассмотрим потенциальные уровни направлений деятельности ПКОИБ, начиная с уровня определения и изучения внутренних потребностей органа государственной власти и планирования в сфере ИБ, уровня высшей интеллектуальной сложности обеспечения ИБ – уровня разработки и заканчивая нижним уровнем контроля.

Условно произведем декомпозицию системы обеспечения информационной безопасности (далее – СОИБ) федерального органа государственной власти на четыре элемента (рис. 3) в соответствии с органами, осуществляющими контрольно-надзорные функции в большей степени по каждому элементу:

1)    организационно-правовой (Роскомнадзор);

2)    инженерно-технический (МВД);

3)    программно-аппаратный (ФСТЭК);

4)    криптографический (ФСБ).

Организационно-правовой элемент включает в себя обеспечение комплекса организационных мер, регламентированных локальной нормативно-технической, нормативно-правовой и нормативно-методической базами, а также создание и изменение перечисленных баз.

Инженерно-технический элемент представляют сооружения и технические устройства, позволяющие управлять физическим доступом и фиксировать данный вид доступа в контролируемую зону, в том числе, доступ в помещение, где обрабатывается защищаемая информация: фото-, видео-, аудиорегистраторы, системы сигнализации, турникеты, запорные механизмы.

Программно-аппаратный элемент включает в себя аппаратные, программно-аппаратные устройства, а также программы разграничения и контроля доступа на изолированные ЭВМ, в распределенные вычислительные системы, локальные сети, где непосредственно обрабатывается защищаемая информация, за исключением средств, на которых выполняются криптографические преобразования информации.

Криптографический элемент определяется программными, аппаратными и программно-аппаратными средствами, обеспечивающими свойства безопасности информации посредством выполнения криптографических алгоритмов электронной подписи [13], хеширования [14], шифрования [15].

Рис. 3 – Уровни направлений деятельности ПКОИБ по элементам СОИБ